.

Прыжок над Великой стеной — Жамбалов Баир


Здравствуйте. С добрыми пожеланиями всего наилучшего обращается к вам из Бурятии Жамбалов Баир Владимирович. Много написано об этом человеке, удостоенного звания человека тысячелетия. Но в основном это труды историков побеждённых стран, ставших достоянием для всех. И потому  у них своё восприятие личности этого великого человека, оставившего, весьма, заметный след в мировой истории.

У автора этих строк примерно такая же точка зрения, какая она была у известного автора  книги «Чингисхан. Как полководец и его наследие» Эренжен Хара-Давана. И понять это можно потому, что и Эренжен Хара-Даван, и автор этих строк по крови из монгольского мира. И потому взгляд на события той истинно ошеломительной эпохи, перевернувших ход мировой истории, у него с той стороны, которую всегда монголы, буряты, калмыки считали, и будут считать своей стороной. Хотя, автор понимает и другую сторону.


Прыжок над Великой стеной

1

Под бледными лучами луны застыла гладкая степь. Отдули ветры. И отпадал весенний снег. Седая пороша укутала серые травы, что с густо красным заревом образует слегка наледь, что раздробится от копыт разного скота, когда поищет желанно вожделенный корм. Но кого понесло в столь звенящей тишине?

Едва слышен цокот копыт одинокого коня под массивным всадником высокого роста в безветренно звенящей тиши при тусклом свете мерцающих звёзд. Кого застала тихая ночь?

Единственный раз одинокий скачет он с грузом дум, ведомых ему. Что скрыто в них, лишь начинающих разбег? Откуда знать за мерными волнами морей времени.

Один ли он в этой звенящей тиши на ровной глади необъятной степи? Скользнули далеко впереди чёрные всполохи на свежей седой пороше весенней ночи. Мерным

ходом приблизит время это событие в данном пространстве, чтобы зоркий взгляд всадника усмотрел в них скользящие тени, чтобы чуткий слух всадника проникся в мерный цокот копыт, никак не пробуждающих заснувшую степь.

«Парни длинной воли»… – пронзила верная мысль всадника, отбросив гнёт груза таинственных дум.

Замерли в ожидании чёрные тени, призрачно отобразившись в бледно тусклом свете от всадников неминуемых угроз, таящих смерть, и лишь смерть. Никто никогда не подарит мирный исход в колыхающих смутах жестоких времён. И потому вскипела кровь, и взыгралась боевая злость в тончайший миг, дабы опередить ту сторону, чья бдительность пока усыплена большим численным превосходством. И потому разразился внезапно взволнованный воздух тишины вот этим страшным кличем всадника одиночного коня, что встрепенётся невольно всё живое вокруг и оцепенеет. Взметнулась сабля. И наизготовку тело, несоизмеримое по проворности своей. И с узды сорвётся главный игрок – дух несравненного воина…

Один против всех в этой ночи, где один свидетель – лунный блик.

Жизнь – бесценный приз! Не первый раз. Он был в этой ситуации, как виртуозная рыба в воде. И он – хищник, тогда как множественность чёрных теней – жертва на заклание.

Поведи учение жизни!

Взойди на моральное превосходство!

Сверхъестественность движений источались от сабли, направленной от такой же субстанции внутреннего порядка. И не оружие холодной стали явилось неотвратимо разящей силой, а вот эта воля сверхнапористая и этот дух сверхъестественный. И потому сражены были противники и до начала, и в ходе предрешённого поединка. И потому обагрилась седая пороша кровью поверженных всадников, чьё численное превосходство оказалось лишь эфемерным обозначением.

В который раз он остался живым. Но была ли в этом предначертанность, нависший рок на путь времён необъятного пространства, что даст начало в этой глади пёстрых степей?

И взорвётся мировая история, и повернётся в иное русло, дабы представиться таковым, каковым и является для потомков тех народов и поныне.

Одинокого всадника в ночи звали Темучин.

*************************************************

Неумолимое течение реки-времени образует то широкую реку, то небольшой ручеёк лишь всегда в одном направлении, которое мы знаем, которое почувствуем, от далёких берегов прошлого к неизведанным берегам будущего. То течёт неспешно плавно, то понесётся бурливо, да так, что выбросятся пены вниз, далеко вниз по течению, где спрятались повороты предстоящих событий.

Но что такое тысячелетие в этом течении неумолимости реки-времени? По шкале абсолютной ядерной геохронологии представится совсем малой величиной, где в обиходе миллионы, миллиарды лет. А что же тогда одна жизнь человеческая? Лишь капля в океане, лишь песчинка в пустыне.

Но необозримо великим выглядит оно в глазах в этой одной жизни человеческой. Взгляни вперёд в туманные берега будущности, взгляни с высоты сегодняшнего дня ещё вверх, в заоблачные выси неопределённости, куда и не достигнет никакой взгляд предсказаний. Что там за поворотом тысячи лет?

Но взгляни назад, где есть всё, же, известность. Да разве в дали это прошлое укутается в ту, же, неопределённость, неизвестность. И не всегда спокойно было течение, где порой было место и совсем бурливым волнам.

Тысячелетия за тысячелетием без всяких кипучих волн маленькое человечество жило, размножалось в едва тихом развитии, что дубинка да лежачий камень долго были единственным оружием того, кто и обрёл великое сокровище как разум. Но и позже лук и стрелы не спешили расставаться от того, кто и вознамерился на высший престол. Но многое, многое изменилось в последнем ушедшем тысячелетии, отстоящего от дней нынешних. Но, всё же, лук и стрелы ещё до середины его продолжали оставаться на ролях неизменных спутников. Но покатилось, понеслось со второй половины, да так, что в последнем столетии, в последних десятилетиях последнего века взлетело, что и завихрилось в неистовой скорости.

Вот тогда и решили на стыке второго и третьего тысячелетий определить человека тысячелетия. Но разве приходило такое в голову на стыке первого и второго тысячелетия, на пороге 1000 года? Но тогда и не было такой научной дисциплины как мировая история, когда и довольствовались лишь фрагментами, лишь историей отдельно взятых народов, отдельно взятых империй.

Но тогда окинем беглым взглядом начало и конец тысячелетия, чтобы понять и оценить.

В начале его те же лук и стрелы, что тащит за собой человек с незапамятных времён, укрытых не одним тысячелетием. И полный мрак в Европе, что касательно в отношении наук, что даже и не возгорится искра. Полное отступление от света античности. Да и гуманность скромно притулилась на обочине истории, что никто и не призовёт её. Вот такая картина, вот такое средневековье.

Население человечества составляло на том стыке тысячелетий 400 миллионов человек.

Но Азия оказывается впереди в отношении технико-технологического развития, ибо здесь, в Китае на самом том отрезке хронологии изобретают порох.

Но из Европы на том же самом стыке около 1000 года сын викинга Эрика Рыжего Лейф Эриксон, сам ничуть не зная этого, за пять столетий до Христофора Колумба открывает Северную Америку, называя её земли Хеллюланд, Маркланд и Винланд.

В начале тысячелетия наступает кровавая эпоха противостояния христианского и мусульманского миров. Начало положено первым крестовым походом в 1095 году.

Говоря о начале тысячелетия не нужно упустить одно знаменательное событие. И в связи с этим можно сказать, что астрономия была и быть должна одним из важнейших наук у всех народов всех времён, а ныне и всего человечества в виду неизбежно случившейся глобализации, источник к которому проложил один человек ещё задолго до этого достижения.

Взрыв сверхновой в Крабовидной Туманности, записанный китайскими, японскими и арабскими астрономами в 1054 году. Китайский летописец Мин-Гуань-Линь оставил такую запись, датированную 4 июля 1054 года: «В первый год периода Чин-хо, в пятую луну, в день Чи-чу появилась звезда-гостья к юго-востоку от звезды Тиен-Куан и исчезла более чем через год». К той же эпохе относится и такая запись: «Она была видна днём, как Венера, лучи света исходили из неё во все стороны, и цвет её был красновато-белый. Так была видна она 23 дня». Так и был зафиксирован этот небесный феномен, дошедший до наблюдателя на самой предельно высокой скорости материального вещества, любых физических воздействий приблизительно в 300000 километров в секунду, каковым и является свет, за 6500 лет от места своего рождения. В разговорной речи можно и не брать в расчёт минус 201 километр 542 метра. Но что этой скорости, равно и взрыву сверхновой, и другим проявлениям небесного характера, астрономического характера до этого разума в отдельно взятом пространстве.

Чтобы понять последнее тысячелетие вполне уместно охватить его и с другого конца, каковым и является 20 век по григорианскому календарю, его последний век, в котором родилось всё взрослое население ныне живущего человечества на заре третьего тысячелетия. Но особенно вторая половина, где и взыгрался непостижимо неистовый интеллект разума.

Концовка охарактеризовалась двумя мощными волнами в течении мировой истории, каковыми и явились две мировые войны. Вот где выливалась сполна грязь человеческой души. Но и всплеск благородства тоже.

16 июля 1945 года в США испытывают первое ядерное взрывное устройство «Garget». И начинается новая эра, когда разум сам поставил себя на грань возможного самоуничтожения.

12 апреля 1961 года Юрий Гагарин первым из множества взглянул на планету со стороны. Человек ступил на территорию космоса. И начинается новая эра, когда разум может и возгордиться тем, что дано начало выхода в Мир.

21 июля 1969 года ступив на Луну Нейл Армстронг, первый человек из будущего множества, с волнением произносит заранее выученную, но впоследствии вошедшими в историю слова: «Один небольшой шаг человека – огромный скачок для человечества».

Комета Шумейкеров-Леви была необычной, и вошла навсегда в историю благодаря необычайному для глаз наблюдателей случаю. Сила притяжения гигантской планеты Юпитер захватила эту комету на вытянутую орбиту и разорвала её на 20 с лишним кусков. В конце июля 1994 года все фрагменты врезались в Юпитер, произведя фантастические эффекты в его атмосфере. Впервые астрономам удалось быть свидетелями столкновения кометы с планетой. Но напрашивается невольно вопрос: «Сколько же раз Юпитер, принимая удар на себя, спас разум на уникальной планете?» И стоит преклонить голову в знак благодарности.

Но есть ли дело космосу до жизни и страстей человеческих?

А жизнь на уникальной планете идёт своим чередом, вздымая пар самых, что ни на есть, разнообразных страстей да устремлений.

И стало как бы правилом, определять разуму лучшего из лучших в какой-то области или же за этап прошедший. Вот так и с титулом человека тысячелетия.

В 90-х годах 20 века по инициативе ЮНЕСКО определили человека уходящего 2 тысячелетия. Им стал безграмотный человек степей, но гений, повернувший ход мировой истории, давший толчок к образованию нынешнего состояния всемирного человеческого общества, под которым подразумевается глобализация. И потому на данном этапе, несмотря на множественность и пестроту государственных образований, взглядов и философий, на арене Великого Пространства  человечество предстаёт единой мировой цивилизацией, что и есть восхождение разума по лестнице, ведущей вверх.

Монгольский мир, как фрагмент мировой цивилизации, об этом не просил, монгольский мир не настаивал. Но факт, есть факт.

Имя его Чингисхан.



Оставить комментарий к статье Прыжок над Великой стеной — Жамбалов Баир