.

Рецензия на книгу Павла Чувиляева «Частный человек»


Павел Чувиляев "Частный человек"Первое знакомство с книгой Павла Чувиляева “Частный человек” произошло с доброго посыла замечательной писательницы Валерии Валерьевны Лисичко к электронной версии первых страниц на сайте магазина издательства “Буквика”.


Опережая события, скажу, знакомство вышло приятным и полезным, однако постоянно изумляющим, начиная с введения и особого построения оглавления (своеобразного порядка времён года). Впрочем, открытия  ожидали меня и на последующих листах.

Автор упоминает Хайнлайна, подчёркивая в качестве вывода, его “правила успеха”, однако важнее подмеченное самим Павлом Чувиляевым – мы вооружены, имея глаза и мозг. Наблюдательность и способность сопоставить факты, связать их тонкой и прочной нитью (не вульгарно, грубо, а изящно, но с профессиональностью швеи) выделяют настоящего журналиста из толпы “пытающихся писать”. Один человек может изменить страну и мир, притом с помощью сдержанного и спокойного слова он добивается больших успехов, чем вооруженные коктейлями Молотова далеко не мирные демонстранты. Вспомните беспорядки в арабских странах. Сколько длится период хаоса в Сирии? Они не используют слова, нет лидера, который бы говорил от всего народа, обладая  даром Цицерона или Квинтилиана.

Чем значительнее человек или глобальней его занятость, тем сильнее потребность в помощниках. Личности мушкетёрок интригуют с начала прочтения: воображение рисует их бедными пленёнными дамами с одеждами и причёсками в стиле императрицы Евгении (автор отзыва знает разницу во французских коронованных Луи, но ассоциации живут по собственному плану). Девушки,  постигающие искусство написания эссе и статей, проходящие путь от “слепых котят” до “почти людей”. В отношении Павла Александровича завуалирована отеческая забота, находящая выход в методе кнута, плётки, ремня и фантика от пряника. Полагаю, мушкетёрки не в обиде,  ведь школу они проходят суровую, но эффективную.

Манера речи в «Частном человеке» напомнила творчество другого современного писателя-романиста. Памятуя, что тот автор является известным программистом, и сравнив этот факт с институтской специальностью  господина Чувиляева, вновь убедимся, что подобный стиль формируется в умах технарей так же естественно, как профессиональная наглость у журналистов. Колкая манера, предполагающая диалог с читателем при помощи редких риторических вопросов, крайне распространена, особенно – среди адептов IT-сферы. Здесь, в “Частном человеке”, содержание и особенности языка автора позволят выделить целевую аудиторию – это юноши и девушки, от шестнадцати-семнадцати до двадцати пяти – двадцати шести, т.е. люди, все ещё читающие или прочитавшие приведённые к критике книги (от Дж. Роулинг до Дюма-старшего, именно в таком порядке, раз речь идёт о подростках в общем случае) и уже интересующиеся политической и социальной обстановкой в родной стране и не только. Возраст мушкетёрок. Аудитория, ум которой ещё не затвердел под толстой коркой общественной, строго сформированной системы понятий «свой-чужой» или «они хорошие, потому что приказали».

Обилие фактов, признаюсь, придавило к внутренней стенке гроба, пробуждая во мне извращенный интерес,  с которым, верно, мазохист выпрашивает для себя наказание на работе – обилие экономических тонкостей негативно влияет на моё восприятие, однако исторические заметки бесконечно радуют. К слову об истории: Павел Александрович задаёт читателю планку минимума, иначе его сатира рискует быть непонятой до конца. С другой стороны, взявшийся читать данную книгу, скорее всего, с лёгкостью припомнит нужный факт, а если нет, то улыбнётся основной шутке.

В предисловии А.В.Холин критикует недостаточное изучение нашей самобытной культуры. Фентези, романы европейских стран,  критика культурной политики ЕС, но где же бурные обсуждения или размышления о богах и героях предков, кроме нескольких немарких и фривольно рассказанных православных сюжетов (с явным влиянием сдерживающего советского атеизма восьмидесятых и атеизма-отрицания девяностых)? Соринка в западном глазу виднелась лучше. Уважаемый автор, пожалуйста,  обратите внимание и на славян, татар, скифов, хотя бы на арийские корни. Я верю и жду в нетерпении, а пока…да хранит Вас Велес, покровитель сказителей и поэтов.

Эта книга не о журнализме, не о почти детективных расследованиях, не о политических успехах элитарных группок и неудачах робкого большинства, а о непревзойдённой, сокрушительной Силе Слова. Чувиляев Павел Александрович, обладая воистину древним колдовством, заставляет идти за его мыслью со страницы на страницу, будто Гамельнский Крысолов. «Частный человек» пропитан человечностью; в нём много человеческих историй, рассказанных в специфической доверительной манере, как равному или приятелю. Книга о нашей жизни, сдобренная воспоминаниями, отпечатавшимися намертво следами на асфальте истории. Иногда читателю будет тяжело – собственные мысли вдруг перебьют повествование, завяжется внутренний диалог с собой, но это к лучшему. Господа, услышьте себя, оглянитесь. Где вы? Кто вы? Зачем вы идёте по кругу?  Науки скончались под гнётом провокаций, в телевизорах клонированные лица с разным гримом. Быть может, Павел Чувиляев – наш Эрнест Хемингуэй?

Автор: А. Гензель



Оставить комментарий к статье Рецензия на книгу Павла Чувиляева «Частный человек»

(следующая статья)